Экогуманитарные теория и практика
ISSN 2713 – 1831
Экофилософия
Экопсихология
Экотерапия
Эко-арт-терапия
Экологическое образование
«Зеленое» искусство
Экоэстетика
Главная \ Актуальное \ Уитакер Памела. СОЗДАНИЕ УКРЫТИЙ: ПРИРОДА ЖИВЫХ СООБЩЕСТВ

Уитакер Памела. СОЗДАНИЕ УКРЫТИЙ: ПРИРОДА ЖИВЫХ СООБЩЕСТВ

« Назад

УДК 159.99

 

СОЗДАНИЕ УКРЫТИЙ: ПРИРОДА ЖИВЫХ СООБЩЕСТВ


Уитакер

Памела Уитакер

директор магистратуры по арт-психотерапии, Ольстерский университет, Белфастская школа искусств, Северная Ирландия

Аннотация

В статье представлено искусство ленд-арта, связанное с созданием построек на территории парка Феникс в Дублине, которые можно назвать «укрытиями». Используя найденные природные материалы, люди создавали постройки, предназначенные для личного или общественного использования. В условиях ограничений, вызванных пандемией коронавируса, такие постройки стали местами общения и отдыха, доступными для любого человека, посещающего парк. Будучи формами самодеятельного общинного искусства, эти сооружения выступают средством рекреации и социальных контактов, обеспечивая уединение, с одной стороны, и объединение, с другой стороны, поддерживают чувство безопасности и комфорта.

Ключевые слова: общественная среда, ленд-арт, искусство ходьбы, паблик-арт

 

Укрытия в лесу: природа человеческой общности

Figure 1

Фото 1. Укрытие [Фотография П. Уитакер: собственность автора]. Дублин, Ирландия, 2020.

Найденные объекты являются привычным средством современного искусства и арт-терапии [6,17]. Созданные из найденных природных и неприродных объектов постройки и инсталляции могут помочь в осмыслении средовой творческой активности [23]. В этой статье рассматривается то, как личность находит свое место в среде, в частности, в пространстве общественный парков со свободным доступом и планировкой, а также возможностью личного восприятия и освоения среды. Общественные места со свободным доступом могут выступать особого рода креативным пространством, «студией», предназначенными для творческого самовыражения, социальных контактов, взаимной поддержки и создания позитивного настроя. В любом населенном пункте могут быть созданы общественные места, выступающие местом отдыха и общения людей и позволяющие использовать культурные и природные ресурсы на благо общества [18].

Такими общественными местами могут быть парки, скверы, набережные и иные зеленые зоны. Совместное использование ландшафта позволяет людям реализовать свои потребности и утвердить общинный дух, показывая, что люди могут вместе сделать в своей жизненной среде [18]. Ландшафт может выступать местом удовлетворения как личных, так и коллективных потребностей. Он может становиться выражением человеческой «географии», приобретая значение благодаря людям, которые творчески взаимодействуют с ним.

Общественные места, например, общественный парк, могут поддерживать творческое взаимодействие людей с их жизненной средой. Такое взаимодействие, ведущее к некоторому преобразованию среды, является неотъемлемой частью всей истории взаимодействия человека с ландшафтом, при котором он выступает в качестве со-творца жизненной среды вместе с природой. Общественный парк есть место для всех, которое можно преобразовывать по-разному в том числе, создавая произведения искусства из легко доступных материалов.

Человечество является «продуктом» естественной и социальной истории. Всякое сообщество живет в пределах определенной местности, имеющей опыт землепользования и социальных занятий; характеризуется определенной системой биорегионализма как формы взаимодействия природы и человека в определенной жизненной среде.

Пандемия COVID-19 способствовала осознанию людьми своей региональной принадлежности, особенностей своего географического положения и стимулировала разнообразные контакты между людьми и природой. Это также способствует пониманию эмпирических форм жизнедеятельности сообществ, основанных на региональном сознании [8], помогающих людям исследовать и более активно использовать местное природное окружение.

Городской парк обладает значительными возможностями превращения в биорегиональную «студию» с «потенциалом для решения проблем взаимосвязи между человеком и окружающей средой… и устойчивыми практиками и образцами городской жизни» [8]. Биорегионализм позволяет признать природу спутником человеческой жизни, вдохновляет на активное участие людей в культуротворческой деятельности в определенном ландшафте [8].

Figure 2

Фото 2. Укрытие [Фотография П. Уитакер: собственность автора]. Дублин, Ирландия, 2020.

Региональные человеческие сообщества являются частью биорегионов, не управляемых частными интересами, но стремящихся к созданию культурных общин с их «гражданством незнакомцев» («citizenship of strangers») [4, Р. 684]. Такие общины представляют собой живые сообщества, совершающие спонтанные культуротворческие акты [16]. Творческое взаимодействие человека с ландшафтом может происходить в индивидуальном порядке, но именно коллективные действия как правило обозначают уникальный характер культурной и природной среды с ее постоянством и, в то же время, вариациями [16]. Общественные места, в отличие от более регулируемой приватной и институциональной среды, выявляют разнообразие точек зрения на природу и порождают свободные культурные ассоциации.

«Как только мы начинаем сокращать множественность, «гомогенизируя» и «очищая» общественные пространства, предписывая их функции и значения и контролируя ландшафт, определяя, что можно делать и говорить в таких местах, предписывая… что «правильно» и что «не правильно», мы начинаем искоренять те самые условия, при которых возможны творческие действия, инициатива и свобода» [4, Р. 689].

Творческие проявления людей в их взаимодействии со средой могут рассматриваться с точки зрения практики ботанического вмешательства Оливера Келлхаммера [13] и его предложениями по ландшафтному дизайну с открытым исходным кодом, представлениями реляционной эстетики – эстетики отношений [7]. Эстетика отношений может выявляться и поддерживаться на основе совместного создания произведений искусства, при котором люди и природа образуют творческий союз. Искусство Келлхаммера – это культивирование биоразнообразия сред обитания, направленное на восстановление культурных и природных ландшафтов. Он использует землю для общественного искусства, приобретающего экологическую направленность и действующего как инструмент преобразования и «озеленения» среды.

Творческие вмешательства, реализуемые Калламахером, репаративны и действуют как средства построения и преобразования отношений, формирующихся в отношениях людей с природой как своим со-творцом. Строительство укрытий как строений в стиле ленд-арт – это совместное творение природы и человека, которое превращает упавшее дерево в архитектуру. Такие постройки являются ориентирами, обозначающими места художественно-эстетического восприятия ландшафта. Каждое построенное укрытие становится произведением искусства, выступающим средством связи и общения как для того человека, который его создал, так и для тех, кто нашел его на своем пути.

Сеть укрытий, созданных в парке Феникс во время карантина, связанного с пандемией COVID-19, является творением, которое позволяет как подчеркнуть уже известные нам свойства ландшафта, так и открыть в нем что-то новое. Как формы социальных связей укрытия из вервей выступают стимулом для использования присутствующих в среде экологических материалов, из которых может быть сотворено некое подобие обители в естественной среде. Такие обители как форма искусства имеют определенное значение как произведения архитектуры, обеспечивающие разграничение, обрамление, сдерживание и вызывающие определенные ответные реакции у посетителей парка. При этом мы можем исходить из определения архитектуры как способа организации среды и действующих в ней природных и человеческих энергий и качеств, как условия, при котором эти качества могут обретать новую жизнь через конституцию территории [12, Р. 16].

Figure 3

Фото 3. Укрытие [Фотография П. Уитакер: собственность автора]. Дублин, Ирландия, 2020.

Общественные пространства в виде парков есть везде. Присутствующие в парковой среде натуральные материалы могут использоваться как для выявления региональной идентичности, так и для создания личных пространств. Права собственности на создаваемые в парке укрытия не закреплены за их создателями, поэтому их творения служат не только им, но и другим людям и животным в качестве некой «обители». Это привносит в подобную практику дух общинности как ресурса демократического участия.

Искусство построения сооружений с стиле ленд-арта выступает формой совместного творческого действия и соучастия на открытом воздухе и может быть рассмотрено через призму общественной педагогики с ее «образовательными вмешательствами, осуществляемыми в интересах общественного пространства как места человеческого единения». [4, Р. 684]. Ричард Сеннетт [20] предполагает, что политику сотрудничества можно реализовать с помощью ритуалов, которые вызывают чувства удовольствия и альтруизма вследствие вовлечения людей в общее дело, стимулируют гражданское участие в альтруистической культуротворческой активности. Создание произведений паблик-арта может выступать в качестве важного элемента в жизни сообщества и повседневной дипломатии в отношениях людей друг с другом и жизненной средой [20].

Упавшие (возможно, после шторма) ветки в лесу или парке являются материалами для создания разных построек. Созданные из найденных материалов, преобразованных в нечто ценное и связанное с искусством, они выступают емкой метафорой единства и сотворчества природы и человека, способны вселять надежду [17]. В качестве опорной конструкции [9] укрытия являются подобием строительных лесов, которые держат то, что было сломано. Равновесие достигается за счет того, что ветви опираются друг на друга посредством взаимной поддержки. Прочность конструкции заключается в переплетении ветвей (опор), объединении отдельных частей в единое целое. Встречаясь с такими постройками во время прогулок по лесопарку, люди могут добавлять к ним новые элементы, поскольку каркас из ветвей позволяет другим достраивать или перепроектировать постройку на свой лад.

 

Искусство ходьбы

Салливан [22] связывает картографирование с множественностью и распространением, имея в виду корневище как ботаническую модель картографии в философии Делёза и Гваттари [11]. Корневище – это сеть роста, ведущая во многих направлениях. Укрытия в лесопарке расположены в разных местах, но связаны тропами, проложенными как создателями, так и зрителями. Тропы образуют ризоматические траектории, которые нарушают предсказуемые или заранее определенные направления движения. Постройки оказываются связанными с перемещениями в пространстве.

«Корневище, как карта, связано с экспериментами. Оно отражает не столько то, что было раньше… сколько активно создает новую карту местности, устанавливая точки координат для незавершенных миров, для будущих субъективностей» [22, Р. 35]. Укрытия выступают ориентирами, обозначающими маршрут путешествия, которое представляет собой импровизацию, обеспечивающую желаемые связи людей со средой и друг с другом. Это – выражение подвижной субъективности, исследующей природу места и порождающей себя в процессе такого исследования. Таким образом, «экологическое искусство можно понимать как экологическую форму персонализации, основанную на устойчивом и поддерживающем взаимодействии человека с миром природы» [15, Р. 31].

Термин «психогеография» обозначает практику исследования жизненной среды, в процессе которого обнаруженные и освоенные места являются вехами исследования, изучающего психологию места и специфические эффекты влияния географической среды на человека [19]. Ги Дебор определил психогеографию как процесс освоения жизненной среды, сопровождающийся переживанием непредсказуемых событий и полисенсорным взаимодействием с ландшафтом. Картографирование территорий объединяет самонаблюдение и исследование внешней среды с ее неожиданными динамиками [10].

Каждый создатель укрытия интуитивно находит для него место. Маршрут его путешествия не предопределен, но представляет собой импровизацию, связанную как с перемещением в пространстве, так и созданием постройки, выражающей творческое взаимодействие со средой. «Путь, путешественник и пространство, в котором пролегает путь, составляют единое поле явлений, в котором уникальные характеристики места и его жизненных форм предстают как некий потенциал, раскрывающийся в процессе их взаимодействия друг с другом» [1, Р. 125].

Как потенциальный дом на природе [3], укрытия являются самодеятельными произведениями искусства, которые опосредуют близость и расстояние, задают ориентиры и формируют своеобразную «сцену» для взаимодействующих с ландшафтом. Эти конструкции имеют границы, обозначающие чью-то личную территорию, но не исключающие вторжений извне, поэтому они одновременно и персональные, и общественные. Укрытия множились день ото дня, появляясь в разных частях лесопарка и поддерживая резонанс во взаимодействии множества посетителей парка, обозначающих свое присутствие в среде и воздействие на нее [22].

Термин психогеография обозначает случайные ситуации, заставляющие нас пересмотреть привычные значения среды и раскрывающие ее и наши собственные потенциалы [10]. Новое переживание и знание ландшафта может быть получено на основе физического взаимодействия со средой, при котором она представляет собой матрицу пространства, способного порождать все новые значения, выходящие за рамки конкретных форм использования среды или ее привычной интерпретации. Укрытия как произведения ленд-арта представляют собой эстетический ответ на природу [2], а также такой способ исследования среды, который основан на искусстве.

Фуко применил термин «гетеротопия» по отношению к пространствам, которые являются множественными, необычными и изменяющимися [21]. Термин «гетеротопия» также обозначает присутствие одного места внутри другого. Материалы, используемые при создании укрытий, сочетаются друг с другом таким образом, чтобы создать новые решения, подчеркивающие уникальность рукотворных объектов.

«Ритуал «перехода», связанный с перемещением из одного места и одного состояния – в другое, является важным пространственным и психологическим процессом, который включает приближение к символическому порогу, а затем остановку и переход через него, знаменующий обретение новой жизненной среды, новой идентичности, взятие на себя определенных обязательств, ролей и потенциалов» [1, P. 142].

Как особого рода сооружения в природной среде укрытия доступны для всех. Кем-либо однажды созданное укрытие вдохновляет других на создание все новых сооружений, формирует творческий коллектив людей, которые могут оставаться неизвестными друг другу. Такое обустройство среды обитания неразрывно связано с перемещением в ландшафте и формирование эстетики пространственной и психологической связи. Искусство ходьбы – это то, что происходит в процессе взаимодействия с ландшафтом, объединяя людей как сообщество прохожих, включенных во взаимодействие со средой и друг другом через ассоциации и значения. Места расположения укрытий могут быть нанесены на карту, обозначая маршруты передвижения по парку, создавая личную и коллективную картографию.

Figure 4

Фото 4. Укрытие [Фотография П. Уитакер: собственность автора]. Дублин, Ирландия, 2020.

 

Среда как пространство становления

Будучи произведениями самодеятельного ландшафтного творчества на общественной территории, укрытия могут быть использованы любым прохожим и представляют собой ориентиры, имеющие как личное, так и коллективное значение. Каждый, кто посещает такие укрытия, может приспособить их для своих целей, например, использовать как временную приватную зону [19]. Тем не менее, среда постепенно наполняется все новыми художественными объектами, обладающими богатым культуротворческим потенциалом, позволяющим все новым творцам добавлять в существующие постройки что-то свое.  Природные материалы и дизайн построек накапливают смысловые «слои» и «интерференции», порожденные творческим альянсом человека и жизненной среды [5].

Укрытия являются отправными точками, позволяющими добавлять в ландшафт все новые объекты и смыслы. Невозможно говорить о создании законченного продукта, поскольку постройки являются множественными формами становления. Они выступают выражением единства закономерного и случайного, метафорами обретения своего места в лесу, создания укрытий с их границами и, в то же время, интерфейсом. В лесопарке люди могут искать места для уединения и общения. Укрытия – это не конечный пункт назначения, а место неожиданной встречи с творческим началом, которое превращает сломанные ветки в произведения ландшафтного искусства. Это – воплощение человеческого потенциала, раскрывающегося во взаимодействии с жизненной средой и имеющего определенную траекторию становления [5]. Создание таких построек является практикой повседневной жизни во время пандемии, реализует способности людей к самоорганизации, обретению своего места и объединению.

Бонта и Протеви [5] предполагают, что ландшафты являются выразительными маркерами, вызывающими «ощущение дома» (Р.158). Они состоят из значимых материалов, которые как детерриториализируют, так и ретерриториализируют посредством перемещений разного рода, связанных с бегством и захватом. Каждое укрытие является визитной карточкой не одного, а чаще всего нескольких творцов. «Наша идентичность всегда находится в процессе становления и преобразования через наши встречи с другими» [14, Р. 154].

Импровизированная среда обитания может культивировать искусство в ландшафте, становиться ареной проявления разных творческих энергий. Возможно, укрытия – это форма граффити, поощряющая свободу нерегулируемого культуротворчества и гражданской инициативы, подрывающая мета-нарративы паркового дизайна. Как форма активного гражданства, подобное самодеятельное искусство народа является средством развития его субъективности.

«Ландшафты являются … выражением синтеза, бриколажа географических элементов, различных свойств окружающей среды и ее материальных характеристик, смещенных и реорганизованных фрагментов ..., обеспечивающих переход от одного к другому, … богатые возможности для присоединения и сплачивания, прохождения из одних областей среды в другие и получения энергии, что позволяет им реорганизовывать себя» [12, Р. 47].

Figure 5 New Habitat

Фото 5. Укрытие [Фотография П. Уитакер: собственность автора]. Дублин, Ирландия, 2020.

 

Литература

  1. A’Court B. The art of mindful walking in earth-based art therapy. In Alexander Kopytin & Madeline Rugh (Eds.), Environmental expressive therapies: Nature-assisted theory and practice. – New York: Routledge, 2017. – P.123-161.
  2. Atkins S., & Snyder M. Nature-based expressive arts therapy: Integrating the expressive arts and ecotherapy. London: Jessica Kingsley Publishers, 2018.
  3. Berger R. (2008). Building a home in nature: An innovative framework for practice // Journal of Humanistic Psychology. 2008. Vol. 48, №2. Р. 264-279.
  4. Biesta G. Becoming public: Public pedagogy, citizenship and the public sphere // Social and Cultural Geography. 2012. Vol. 13, №7. Р.683-697.
  5. Bonta M., & Protevi J. Deleuze and geophilosophy: A guide and glossary. Edinburgh: Edinburgh University Press, 2004.
  6. Brooker, J. Found objects in art therapy // International Journal of Art Therapy. – 2010. Vol.15, №1. Р. 25-35.
  7. Bourriaud N. Relational aesthetics. Dijon: Les Presses du reel, 2002.
  8. Church S. Exploring urban bioregionalism: A synthesis of literature on urban nature and sustainable patterns of living // Sapiens. – 2014. Vol. 7, №1. https://journals.openedition.org/sapiens/1691.
  9. Condorelli C. Support structures. Berlin: Sternberg Press, 2014.
  10. Coverley M. Psychogeography. Harpenden, Hertfordshire: Pocket Essentials, 2010.
  11. Deleuze G. & Guattari F. A thousand plateaus: Capitalism and schizophrenia. London: Continuum Press, 2004.
  12. Grosz E. Chaos, territory, art: Deleuze and the framing of the Earth. New York: Columbia University Press, 2008.
  13. Kellhammer O. Botanical Interventions: Open source landscape and community repair, 2020. http://oliverk.org/publications/non-fiction/botanical-interventions-open-source-landscape-and-community-repair-essay.
  14. Kester G. Conversation pieces: Communication and communication in modern art. Los Angeles: University of California Press, 2004.
  15. Kopytin A. Environmental and ecological expressive therapies: The emerging conceptual framework for practice. In Alexander Kopytin & Madeline Rugh (Eds.), Environmental expressive therapies: Nature-assisted theory and practice. New York: Routledge, 2017. Р.23-48.
  16. Mackey C. Random acts of culture. Toronto: Between the Lines, 2010.
  17. Moon C.H. A history of materials and media in art therapy. In C.H. Moon (Ed.), Materials and media in art therapy: Critical understandings of diverse artistic vocabularies. New York: Routledge, 2010. Р. 3-49.
  18. Moss T. (2014). Spatiality of the commons // International Journal of the Commons. – 2014. – Vol. 8,2. Р. 457-471.
  19. O’Rourke K. Walking and mapping: Artists as cartographers. Cambridge, Massachusetts: The MIT Press, 2013.
  20. Sennett R. Together: The rituals, pleasures and politics of cooperation. London: Allen Books, 2012.
  21. Sudradjat I. Foucault, the other spaces, and human behaviour // Procedia-Social and Behavioral Sciences. 2012. –Vol. 36. – P. 28-34.
  22. Sullivan S. Art encounters: Deleuze and Guattari. New York: Palgrave, 2006.
  23. Whitaker P. The art of walking: Composing landmarks, performing territory [Manuscript submitted for publication]. In D. Wong & R. Lay (Eds.), Found objects in art therapy: Materials and process. London: Jessica Kingsley Publishers, 2021.

 

Ссылка для цитирования

Уитакер П. Создание укрытий: природа живых сообществ // Экопоэзис: экогуманитарные теория и практика. – 2021. – T. 2, № 1. [Электронный ресурс]. – URL: http://ecopoiesis.ru (дата обращения: чч.мм.гггг).

Все элементы описания необходимы и соответствуют ГОСТ Р 7.0.5-2008 "Библиографическая ссылка" (введен в действие 01.01.2009). Дата обращения [в формате число-месяц-год = чч.мм.гггг] – дата, когда вы обращались к документу и он был доступен.

Whitaker P. Habitats of composition: the nature of the commons // Ecopoiesis: Eco-Human Theory and Practice. – 2021. – Vol.2, №1. [open access internet journal]. – URL: http://en.ecopoiesis.ru (d/m/y)

 


О журнале

«Экопоэзис: экогуманитарные теория и практика» - первый международный междисциплинарный журнал, ориентированный на создание экогуманитарной парадигмы – парадигмы выживания человечества в XXI веке, распространение экогуманитарных знаний и технологий на основе альянса экологии, гуманитарных наук и искусства. Наш журнал – это живой форум теорий и практики, обеспечивающих согласование потребностей человека и планетарной жизни в интересах устойчивого развития.

Журнал предполагает диалог и сотрудничество экологов, философов, медиков, педагогов, психологов, художников, писателей, музыкантов, дизайнеров, социальных активистов, представителей деловых кругов во имя экогуманитарных ценностей, здоровья и благополучия человека в тесной связи с заботой об окружающей среде. Журнал поддерживает разработку и внедрение новых экогуманитарных концепций, технологий и практик.

Одной из приоритетных задач журнала является научное обоснование и пропаганда роли искусства в альянсе с экологией и гуманитарными науками для восстановления и развития конструктивных отношений с природой, формирования экологического сознания и пропаганды природосообразного образа жизни.

Журнал публикует статьи, описывающие новые концепции и практики, технологии и данные прикладных исследований на стыке гуманитарных наук, экологии и искусства, интервью и отчеты о конференциях, относящиеся к экогуманитарной области; представляет художественные работы, музыку и иную творческую продукцию.

Периодичность: 4 выпуска в год.

В соответствии с Законом РФ о средствах массовой информации (СМИ), Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзором) 22.09.2020 сетевое издание зарегистрировано и ему присвоен регистрационный номер

Эл №ФС77-79134.

Без разрешения редакции запрещено воспроизведение материалов в каких бы то ни было изданиях, будь то печатные, электронные или иные. Опубликованные в журнале материалы разрешается использовать только в личных некоммерческих целях — научных, образовательных, учебных и т.п.

При цитировании материалов журнала «Экопоэзис: экогуманитарные теория и практика» ссылка на первоисточник обязательна. Для удобства цитирования в конце каждой оригинальной статьи помещена библиографическая ссылка, которую можно легко скопировать.