Экогуманитарные теория и практика
ISSN 2713 – 1831
Экофилософия
Экопсихология
Экотерапия
Эко-арт-терапия
Экологическое образование
«Зеленое» искусство
Экоэстетика
Главная \ Статьи \ ЭКОГУМАНИСТИКА КАК ПУТЬ СОГЛАСОВАНИЯ БЫТИЯ ПРИРОДЫ И ЧЕЛОВЕКА

ЭКОГУМАНИСТИКА КАК ПУТЬ СОГЛАСОВАНИЯ БЫТИЯ ПРИРОДЫ И ЧЕЛОВЕКА

« Назад

УДК 159.9.01

kopyting2

Копытин Александр Иванович

доктор медицинских наук, профессор, кафедра психологии Санкт-Петербургской академии постдипломного педагогического образования (Санкт-Петербург, РФ)

 

Аннотация

В статье обозначены контуры и основное содержание новой междисциплинарной области – экогуманистики, объединяющей в себе экологию и совокупность гуманитарных дисциплин. В качестве основного предмета экогуманистики выдвигается сущность человека в процессе его самопознания и в системе его отношений с окружающей средой, порождающих онтологически целостное образование «человек – жизненная среда». Дается характеристика экогуманитарного подхода как такого подхода к познанию человека, когда он рассматривается как разумная и осознающая себя часть единого предмета исследования «Природа – Человек», в котором и «Природа», и «Человек» составляют две подсистемы единого субъекта – экочеловечества.

Проблема экологического сознания при этом определяется в качестве одной из ведущих в экогуманистике, особенно в такой гуманитарной дисциплине, как экопсихология. Феномен Любви обозначается в качестве одного из ключевых феноменов гуманистики и ее современного экологического воплощения – экогуманистики. При рассмотрении этого явления используется концепция Экопоэзиса как формы экологической интимности, связанной с взаимодействием и взаимопроникновением разных живых систем и их соединением друг с другом. Экопоэзис концептуализируется как биологическое и культурное порождение и фактор ко-эволюции Человека и Природы. В качестве конструктивной составляющей экогуманистики обозначаются экогуманитарные технологии – методы преобразования человека с его отношением к среде обитания, себе самому и своей экологической сущности.

Ключевые слова: экогуманистика, экогуманитарный подход, экологическое сознание, экопоэзис, эко-идентичность, экогуманитарные технологии.

 

Введение

В настоящее время глобальный экологический кризис стал реальностью. Переход глобального экологического кризиса в экологическую катастрофу – дело времени, на протяжении которого человечество либо может предпринять определенные шаги для того, чтобы ее предотвратить, либо оставаться на прежних позициях неконтролируемой эксплуатации природной среды.

Предпринимаются попытки решить глобальный экологический кризис разными способами – не только формируя программу устойчивого (сбалансированного) развития, предполагающую, наряду с прочим, технологическую реорганизацию, но и путем внедрения экологического образования, работы с экологическим сознанием людей.

Экологический кризис протекает на фоне кризиса гуманитарности. Практически во всех странах мира в начальной и средней школе, в колледжах и университетах сокращается объем изучаемых гуманитарных наук и различных видов искусства. Создается впечатление, что общество отворачивается от самого предмета гуманитарных наук – человека, переключаясь на иные интересующие его предметы, прежде всего продукты высокотехнологичного производства и потребления.

Ближайшее будущее обозначается как рубеж приближающегося «конца человека», по крайней мере в его прежней форме бытия. Обсуждаются судьбы человека в «постчеловеческий» век – век техногуманизма. Эта идея не нова. Еще в ХХ веке постгуманистические движения вдохновлялись ницшевской идеей сверхчеловека, а затем постструктуралистской позицией (М. Фуко). Уже в XXI веке эта идея получила новый импульс для своего развития благодаря успехам информационной цивилизации.

На этом фоне гуманитарное знание иногда заявляет о себе как один из факторов развития высоких технологий. Стив Джобс признал, например, что «одной только технологии недостаточно – этот постулат записан в генах компании «Apple». Наша технология повенчана со свободными искусствами, с гуманитарными науками, отсюда и результат, который побуждает петь наши сердца» [цит. по: 15].

Гуманитарная составляющая действительно нередко присутствует в достижениях современной цивилизации, оказывающих влияние на человеческую жизнь. Создатель социальной сети Фейсбук Марк Цукерберг, например, в школе изучал древнегреческий, а в Гарварде специализировался на психологии. По его словам, «Фейсбук – это психология и социология в той же мере, что и технология» [16].

И все-таки, как признает М.Н. Эпштейн [13], «…не случайно, что достижения таких гигантов, как «Apple» и Facebook, воспринимаются прежде всего как технические. Дело не только в том, что они исчисляемы в цифровых параметрах, в единицах скорости, мощности, популярности, стоимости, финансовых вложений, биржевых акций и т. д. Инициатива этих свершений цивилизации исходит от научно-технических дисциплин и компаний, которые привлекают к сотрудничеству гуманитариев. Сами же гуманитарные науки никаких инициатив, имеющих столь же широкий цивилизационный потенциал, не выдвигают и вообще не проявляют значимого интереса к практическим результатам своих исследований» (С. 5-6).

Таким образом, кризис гуманитарного знания в настоящее время очевиден. Это знание теряет свой основной смысл и назначение, зачастую превращаясь в инструмент маркетингового манипулирования, исполняя роль служанки геополитических сил и высокотехнологичных компаний. Немалый вклад в активно развившийся на протяжении последних десятилетий ХХ века и в начале XXI века кризис гуманистики также внес постмодерн с характерной для него позицией релятивизма и скептическим отношением к гуманитарным основаниям культуры.

Параллельно протекающая деградация экологии и гуманистики позволяет предполагать наличие между ними определенной взаимосвязи. Для того чтобы преодолеть кризис гуманитарного знания и в то же время найти путь предотвращения экологической катастрофы, обществу необходимо пройти через глубокую реформацию всей гуманитарной парадигмы и заново осмыслить ее предмет и цель. Современная угасающая гуманистика нуждается в принципиальном обновлении концепции человека, возвращении ему его природной сущности и вместе этим в создании эффективно работающей практической надстройки над теоретическим знанием в виде новых гуманитарных технологий, изобретательской деятельности во всем комплексе гуманитарных дисциплин – философии, педагогике, психологии, искусствознании, культурологии, филологии, лингвистике и т. д.

Мы можем признать: экология нуждается в гуманистике в такой же мере, как современная гуманистика нуждается в экологии, экологическом мышлении. Возрождение человека как основного объекта гуманитарного знания, обладающего творческой, духовной сущностью, не может осуществиться без кардинального изменения его отношения к окружающей среде, миру природы. Экогуманистика как новая парадигма человека, включенного в гармоничные отношения со средой, может стать необходимой доктриной для согласования бытия Человека и Природы, их гармоничной ко-эволюции. Рассматриваемая не только как общая идейная доктрина, но и как область конструктивной, преобразующей мир инноватики, экогуманистика также может явиться основой создания нового поколения экогуманитарных технологий, используемых в образовании, медицине, социальной сфере, широком общекультурном контексте. Новые экогуманитарные технологии могут послужить не только благополучию и здоровью человека, обретению им своей сущности в мире, но и изменению его экологического сознания и поведения, и тем самым предотвращению сползания мира к экологической катастрофе.


 

Теоретические основания экогуманистики

Исходные определения гуманитарного знания, гуманистики

Гуманитарные науки – это науки, специализирующиеся на изучении человека и его проявлений в социокультурной среде. В отличие от естественных наук, изучающих явления окружающего мира как объекты, с которыми человек вступает в субъект-объектные отношения, гуманитарные науки изучают преимущественно субъект-субъектные отношения. Это означает, что познающий субъект вступает с исследуемым явлением в диалог, общается с ним, используя тот или иной способ общения, язык, стремится понять это явление в процессе диалога.

Гуманистика как совокупность гуманитарных дисциплин, изучающих человека и человечество, охватывает философию, культурологию, религиоведение, филологию, лингвистику, педагогику, психологию, литературоведение, искусствознание, антропологию, этнографию, когнитивистику и некоторые другие науки. Термин «гуманистика» предпочтительнее термина «гуманитарные науки» в тех случаях, когда нужно подчеркнуть единство гуманитарной сферы познания, общность гуманитарных подходов в отличие от естественно-научных, общественнонаучных, математических, технических и прочих.

«Гуманистика – это область самопознания и самосозидания человека и человечества. О чем бы ни писались гуманитарные сочинения… – всюду перед нами предстает образ человека в разных его воплощениях. Мы сопоставляем себя с ними, находим общность и отличия, а значит, глубже познаем себя и одновременно становимся более человечными» [13, С. 14].

Гуманитарные науки изучают мир разнообразных человеческих проявлений, «помогая человеку как субъекту и объекту познания понимать и выражать себя; понимать других людей и общаться с ними; понимать другие культуры и эпохи; понимать цели человечества и ход истории; сознательно строить свою личность в творческом взаимодействии с другими индивидами и культурами; следовательно – быть человеком в полном смысле слова, достойным представителем человечества» [13, С. 14].

Таким образом, ключевая проблема гуманитарных наук – проблема понимания и самопонимания, постижение субъектом себя самого и другого субъекта. В гуманитарных науках человековедение неотделимо от человекотворчества, поскольку, выражая себя, познавая себя и других через пространство выразительных культурных текстов, человек не только постигает, но и творит себя, порождает в процессе самопознания собственную субъективность.


Экогуманистика. Экогуманитарный подход. Экогуманитарная парадигма.

Традиционно экология не включена в круг гуманитарных наук, но позиционируется как приближенная к естественным наукам, поскольку изучает мир природных объектов, взаимодействие живых организмов и их сообществ между собой и с окружающей средой. В то же время имеются основания для рассмотрения экологии как метанауки, объединяющей все сферы и методы научного познания, включая гуманитарные науки и их методы.

Более того, признание связи экологии с гуманитарной сферой, гуманистикой становится в настоящее время насущным, поскольку без этого принципиальный поворот в подходе общества к решению экологического кризиса произойти не может. Без этого подход к решению этой задачи будет базироваться в основном на технологических мерах, но не на изменении сознания и самосознания человека и его отношений с миром природы. Чтобы ввести экологию в контекст гуманитарных наук, утвердить экогуманитарный подход как область метанаучного знания, объединяющего в единый предмет исследования природу и человека как две подсистемы единого целого – экочеловечества, необходимо пересмотреть традиционные представления о субъектности применительно к миру природы и интерсубъективности – применительно к взаимодействию человека и природы.

В качестве основного предмета экогуманистики выступают сущность человека и его субъектность в процессе его самопознания и в системе его отношений с окружающей средой как части целостного образования «человек – жизненная среда». При этом необходимо уточнение того, что такое «жизненная среда человека», природа как среда его обитания и какой онтологический статус она имеет. Рассмотрение мира природы с точки отношений «человек – окружающая среда», по мнению В.И. Панова [12], задает такое понимание этих отношений, которое традиционно имеет в своей основе гносеологическую логику объект-объектных и субъект-объектных отношений. Согласно этой парадигме человек и природа разделены и противостоят друг другу, принимая на себя, в зависимости от конкретного предмета исследования, активную роль «субъекта», воздействующего на окружающую среду или ее компоненты, либо реактивную (пассивную) роль «объекта», принимающего воздействия со стороны окружающей среды.

Данная парадигма представлена в сознании современного человека двояко. «С одной стороны, общепризнанно, что именно ее техногенное воплощение привело к экологическому кризису планеты и сознания людей. С другой стороны, именно она же и используется для решения экологических кризисных проблем, что создает опасность возникновения новых экологических проблем как следствия преодоления старых» [12, С. 12-13].

Одним из наиболее разработанных вариантов выхода из данного противоречия является психология экологического сознания, которая ставит вопрос о преодолении антропоцентрического типа сознания, диктующего субъект-объектный тип взаимодействия с миром природы. На смену этому типу сознания должен прийти экоцентрический тип сознания, реализующий субъект-субъектную логику взаимодействия между человеком и миром природы [4, 5, 14]. «Необходимым условием для этого выступает субъектификация природных объектов и мира природы в целом, то есть наделение их способностью выполнять субъектные функции. Однако «мир природы» при этом рассматривается не с позиции его собственной субъектности (то есть природа сама по себе не признается в качестве субъекта), а с позиции субъектности, которой ее наделяет человек в своем субъективном, личностном отношении к ней. «В этом смысле, несмотря на субъект-субъектное отношение «человека» к «миру природы», они рассматриваются противопоставленными друг другу, как и при субъект-объектном отношении «человека» к «миру природы», то есть в рамках гносеологической парадигмы» [12, С. 13].

Возможна иная – онтологическая – парадигма в анализе взаимоотношений в системе «человек – природная среда (мир природы)». Согласно этой парадигме природа выступает как универсальное основание многообразия природных форм бытия, что коренным образом меняет смысл взаимоотношений человека и природы и, соответственно, смысл экологической парадигмы. Человек при этом выступает как природная форма бытия, и человек и природа при этом не противопоставлены друг другу как разделенные сущности в виде компонентов отношений «субъект – объект», «субъект – субъект». Человек рассматривается как активно действующая саморазвивающаяся часть природы, которая реализует в своем самоосуществлении общие (универсальные) принципы, обеспечивающие самоосуществление самой природы в разных формах ее проявления, в том числе планеты в целом как глобальной природной среды.

«При таком подходе человек понимается как осуществляющий свое развитие и вместе с тем саморазвитие природы в целом, такой системы, как «человечество – планета», что проявляется, в частности, в возникновении ноосферы. Таким образом, становление (бытие) системы «человечество – планета» выступает как порождение целостного онтологического субъекта, реализующего в своем развитии универсальные, общеприродные принципы становления форм бытия, единые и для «человечества», и для «планеты», и для психики – как разных форм бытия, но в онтологическом плане подчиняющегося принципам, единым для каждой из них и в то же время несводимым к каждой из них» [12, С. 14]. Они выступают субъектами совместного развития, общения, познания и деятельности. Данное свойство среды как обладающей общей с человеком онтологической сущностью и через него обретающей способность «выразительного и говорящего бытия» (по выражению М.М. Бахтина)  [1, C. 8] неоднократно передавалось выдающимися гуманитариями прошлого и настоящего – философами, поэтами, художниками, визионерами.

Так, в одном из своих писем брату Тео (июнь, 1879) Ван Гог признается: «Искусство – это человек плюс природа – но та природа, которая наполнена содержанием и проинтерпретирована художником, проявила свой характер благодаря его мастерству. Он раскрывает, высвобождает, проясняет ее» [2, С. 39].

В другом своем письме (Гаага, 3 сентября 1882 г.) он поясняет суть своего творческого метода следующим образом: «…в своей работе я нахожу отзвук того, что поразило меня. Я вижу, что природа говорила со мной, сказала мне что-то, и я как бы застенографировал ее речи. В моей стенографической записи могут быть слова, которые я не в силах расшифровать, могут быть ошибки или пропуски: но в ней все-таки осталось кое-что из того, что сказали мне лес, или берег, или фигура, и это не бесцветный, условный язык заученной манеры или предвзятой системы, а голос самой природы. Прилагаю еще один набросок, сделанный в дюнах. На нем изображены маленькие кусты, листья которых – с одной стороны – белые, с другой – темнозеленые – непрерывно шуршат и сверкают. На заднем плане – темные деревья...» [2, С. 47].

Как не вспомнить при этом сказанное почти о том же самом Мариной Цветаевой: Природа посредством человека «перерабатывает себя во славу свою» (Цветаева М.И., 2001, С. 92). Или ее же слова: «Итак, произведение искусства – то же произведение природы, но долженствующее быть просвещенным светом разума и совести» [10].

Обладая способностью к культурному производству, даром генерировать речь и текст и понимать их, способностью к сознательной деятельности, человек превращает природные объекты в «выразительное и говорящее бытие». Для того чтобы признать Природу, природные объекты в качестве объектов гуманитарного (экогуманитарного) дискурса, необходимо исходить из их восприятия в контексте человеческой историчности, признать сокрытую в недрах Природы выразительную языковую сущность с ее способностью к переживанию и пониманию.

Итак, экогуманитарный подход можно определить как область гуманитарного знания, такой подход к познанию человека, когда он рассматривается как разумная и осознающая себя часть единого предмета исследования «природа – человек», в котором и «природа», и «человек» составляют две подсистемы единого целого, единого субъекта – экочеловечества.

Экогуманистика – совокупность гуманитарных дисциплин, изучающих человека, область самопознания и самосозидания человека на основе постижения человеческой включенности в двуединую субъектную сущность «природа – человек». Экогуманистика связана с признанием экологической сущности человека, восприятием им себя как «экологического субъекта», утверждением им своей экоидентичности.

Экогуманитарная парадигма – система гуманитарных знаний, концепций, способов мышления, включая теории, методы исследования, постулаты и стандарты, в соответствии с которыми осуществляются последующие построения, обобщения и эксперименты в гуманитарной области, то есть, изучающих сущность, свойства и проявления человека и человечества как часть двуединой субъектной сущности «природа – человек».

Экогуманитарный подход, экогуманитарные методы и технологии в настоящее время являются гуманитарными изобретениями – новыми гуманитарными идеями, включая новые средства их воплощения в виде культурных практик, интеллектуальных движений, творческих организаций и форм сотрудничества. Экогуманитарный подход охватывает те сферы культуры, которые изучаются гуманитарными науками: лингвистику, литературу, искусство, философию, педагогику, психологию, религию, культурологию и другие.

Термин «экогуманистика» был до нас использован Михаилом Эпштейном, но в существенно ином смысле, как своего рода дополнение к техногуманистике или как один из ее разделов. В соответствии с определением М.Н. Эпштейна [13], «экогуманистика – исследование тех форм и признаков человеческого, которые постепенно архаизируются, уходят в историческое прошлое в связи с развитием техносреды и соответствующих технических навыков и наклонностей» (С. 129).

Экологизация человека, по определению М.Н. Эпштейна – то, что остается в человеке после передачи его органических и интеллектуальных функций технике, искусственному разуму. Экогуманистика – это ниша «естественного» человека, который не подвергся техническим трансформациям, остается в природе и культуре – в рамках той видовой формы homo sapiens, которая была единственной до XXI века [там же, С. 129]. И далее: «Предмет экогуманистики – специфика человека, не сводимая к машине, человек как выходец «консервативной», природной среды, страдающее, смертное существо, физически несовершенное, творчески одаренное, культурно дерзающее» [13, С.129-130].


 Проблема экологического сознания как одна из центральных проблем экогуманистики

Проблема экологического сознания является одной из ведущих в экогуманистике, особенно в такой гуманитарной дисциплине, как экопсихология. Экологическое сознание опосредует взаимодействие человека с природной, техногенной, информационной и другими видами окружающей среды. В то же время проблема экологического сознания выходит за рамки сугубо экопсихологических исследований и является предметом целого ряда научных направлений – экологии, акмеологии, психологии, педагогики, философии и других. Важность изучения экологического сознания обусловлена уже наступившим глобальным экологическим кризисом, что привело к разработке под эгидой ООН Концепции устойчивого (коэволюционного) развития природы и общества.

Разработкой экопсихологического подхода, проблемой экологического сознания занимается, в частности, Лаборатория экопсихологии развития ФГНУ «Психологический институт» Российской академии образования. Анализ объекта и предмета исследования экопсихологии развития и типов экопсихологического взаимодействия показывает возможность особой методологической позиции в определении психики как объекта и предмета исследования. Согласно данной методологической позиции психика рассматривается как форма бытия, порождаемая как системное качество в процессе взаимодействия человека с окружающим миром [12, С. 3]. Используемый при этом исследовательский подход обращает особое внимание на системные отношения «человек – окружающая среда (природная, социальная)» в качестве исходной предпосылки для определения объекта и предмета исследования [6, 11].

Как психологический феномен экологическое сознание рассматривается как включающее в себя когнитивный, эмоциональный и поведенческий компоненты. Оно также рассматривается как момент и условие бытия человека на разных возрастных этапах его развития и во взаимодействии с разными видами окружающей среды. Экологическое сознание – это готовность личности ответственно относиться к окружающей среде, ее способность пользоваться своими экологическими знаниями, представлениями и умениями в разных сферах жизнедеятельности. Экологическое сознание также выступает в качестве центрального мировоззренческого компонента, предопределяющего соответствующее поведение личности в экологически проблемных ситуациях [12, С. 6].

На сегодняшний день разработка и использование технологий формирования экологического сознания и мировоззрения происходят все более активно, в том числе с использованием методов экологического образования и просвещения, экопсихологии, экотерапии, эстетики, искусства. В то же время предпринимаемые усилия все же пока явно недостаточны, чтобы обеспечить качественные изменения экологического сознания, обеспечивающие природосообразные стиль жизни и поведение большинства людей.


 Любовь с точки зрения экогуманистики. Экопоэзис.

Согласно концепции экологического сознания, определяющей общую логику и цель его развития в направлении экоцентрического типа сознания [4, 5, 14], субъектность природных объектов является не более чем «отраженной» субъектностью человека. Характерное же для антропоцентрического типа экологического сознания восприятие мира природы как совокупности объектов исключает переживание каких-либо человеческих эмоций, адресованных природе как субъекту значимых отношений.

Онтологическая парадигма рассмотрения взаимоотношений человека с природной средой (миром природы) задает новую перспективу восприятия субъект-средовых взаимодействий и меняет смысл экологической парадигмы. При таком подходе человек рассматривается как осуществляющий свое развитие и вместе с тем саморазвитие природы в целом, что проявляется, в частности, в возникновении ноосферы, выступающей новым состоянием биосферы, высшей стадией ее развития, планетарной «сферой разума» [3, 17].

Признание Природы (мира природы) в качестве объекта гуманитарного (экогуманитарного) дискурса связано с ее восприятием в качестве составной части, подсистемы единого целого – экочеловечества. Бытие этого двуединого субъекта исторично и связано не только со способностью выражения себя через текст, но и со способностью к переживанию, в частности, такого чувства, как любовь. Во всей системе гуманитарного знания любовь как яркое человеческое эмоциональное проявление не может не претендовать на одно из центральных мест, поскольку затрагивает духовную, творческую сущность человека. Через феномен любви духовная культура как средоточие нематериальных элементов бытия человечества в разные исторические эпохи развивалась, аккумулируя в себе соответствующие смыслы, законы, духовные ценности, обычаи, символы, мифы, язык, знания и опыт.

В соответствии с логикой экогуманитарного подхода способность человека любить может быть представлена как свойство всей системы «человечество – планета» как целостного субъекта с его духовной сущностью, проявляющейся в различных актах порождения, творчества. Данная способность может быть обозначена понятием «Экопоэзис», производным от философской категории «поэзис» с характерными для нее различными трактовками в разные периоды истории.

Как универсальный феномен, связанный с субъект-субъектными отношениями, любовь выступает в качестве ключевой характеристики и функции субъективного мира личности. Признавая особое значение любви для субъективного мира личности, можно также полагать, что она имеет особое значение для всей системы «человечество – планета» как целостного онтологического субъекта. Благодаря любви проявляется, формируется, развивается личность человека как субъекта. С участием человека и благодаря его любви также проявляется, формируется и развивается субъектность разных форм земной жизни, ноосферы.

Для современного человечества, уже стоящего на пороге передачи своих органических и интеллектуальных функций технике, искусственному разуму, любовь может выступать как мера подлинности, холизма и взаимосвязи. Она может быть той нишей «естественного» человека, который не подвергся техническим трансформациям, остается в природе и культуре – в рамках той видовой формы homo sapiens, которая была единственной до XXI века. Любовь – это также та этическая доминанта, связанная с определением корней бытия, которая позволяет фрагментированному человеку современности и среде его обитания интегрироваться в новые конфигурации смыслов, обрести способность к соединению, близости, порождению в отношениях не только с себе подобными, но и миром природы.

В своей работе «Искусство любить» [9] Э. Фромм утверждает, что вера в возможность любви – это рациональная вера, основанная на проникновении в глубинную сущность человека. Любовь является ответом личности на проблему человеческого существования, попыткой удовлетворить не только сексуальную потребность, но и потребность в преодолении своей отчужденности, одиночества. Любовь обеспечивает межличностное соединение – слияние с другим человеком. Признание любви в качестве ключевой характеристики не только человеческой субъектности, но и разных живых существ означает, что Любовь позволяет всему живому в процессе их ко-эволюции соединяться друг с другом, порождая новые формы и смыслы как ответ на ограниченность сроков существования любого отдельного природного объекта и вида, включая самого человека.

Э.К. Уилсон [28] сформулировал гипотезу биофилии как мощное влечение человека к установлению «эмоциональной связи» людей с природой. С.Р. Келлерт [21] определил биофилию как «зависимость человека от природы, которая выходит далеко за рамки простых вопросов материального и физического обеспечения и охватывает также стремление человека к эстетическому, интеллектуальному, эмоциональному и даже духовному постижению мира природы» [21, Р. 20]. Эмоциональная связь человека с миром природы и идентификация с ней также может выступать основой экологического «Я», описанного А. Несс в 1970-х годы и получившего развитие в работах Дж. Мэйси и Н. Габлер [26] для обозначения радикальной взаимосвязи всех форм жизни, расширяющей в людях переживание собственной идентичности и ответственности.

Биофилические основы отношений человека с миром природы заключают в себе значительный регулятивный, адаптационный потенциал, поддерживают видовое разнообразие и планетарную жизнь в целом. Тем не менее концепция биофилии не дает достаточного основания для того, чтобы объяснить многообразие проявлений любви как одного из ключевых феноменов экогуманистики.

Концепция экопоэзиса призвана обеспечить более широкие гуманитарные основания, необходимые для рассмотрения сущности человека в его отношениях со средой. Понятие экопоэзиса является производным емкой и имеющей длительную историю существования философской категории поэзиса. Введение категории экопоэзиса обозначает те качественные изменения, которые происходят в сущности человека при переходе к эре устойчивого развития.

Природа Любви (Эроса) и поэзиса как ее ведущей функции изначально раскрывается в мифах и философских произведениях Древней Греции. Этим явлениям посвящено, в частности, такое произведение Платона, как «Пир» [7]. Это произведение представляет собой философскую и художественную интерпретацию мифологических образов, прежде всего, фигуры Эроса, отражает взгляды самого Платона, его философскую систему, в которой проявляются его отношения к любви, смыслу человеческой жизни, природе творческой деятельности.

Эрос – греческий бог любви, которому в римской мифологии соответствуют Амур и Купидон. Эроса почитали также и как бога плодородия, знавшего изначальный Хаос. В Дионисийских Мистериях его называют «протогонос», то есть первый из рождённых, первенец. Одна из ранних легенд гласит, что именно Эрос заставил сплестись в объятии Урана (Небо) и Гею (Землю), которые дали жизнь многочисленным потомкам. Широко известен также миф, описывающий отношения Эроса и Психеи – земной, смертной женщины, которая благодаря любви и браку с Эросом, верности своим отношениям обретает бессмертие.

Диотима как одна из фигур платоновского «Пира» описывает, каким образом посредством Любви (Эроса) смертные обретают бессмертие. Это происходит на основе реализации творческой потребности, способности к порождению, созданию. Таким образом, поэзис является функцией Любви (Эроса), проявлением творческой активности (в самом широком смысле слова), поддерживаемой осознанием человеком собственного несовершенства и смертности и стремлением к их преодолению.

В истории философской мысли категория поэзиса получила дальнейшее развитие. В одних случаях она связывается с творческой способностью человека, реализуемой в культурно-духовной сфере, в форме сублимационных актов творческой личностной активности. Обращаясь к этой категории, Т.В. Сурина [8] пишет: «В Poiesis культура физически воплощает духовно уже существующее (вечное) и духовно еще не сущее, но имеющее интенцию к существованию, стремящееся существовать – материализацию духовного и одухотворение стихийного, природного. В Poiesis природа, Physis, как то, что есть и было, перерабатывает себя в то, чего не было» (С. 68).

Мартин Хайдеггер называет поэзис «рождением», используя этот термин в самом широком смысле. Для иллюстрирования функции поэзиса он прибегает к природным образам: цветению цветка, появлению бабочки из кокона. Хайдеггер также понимает поэзис как пороговое событие, момент экстаза, когда что-то преодолевает свою прежнюю форму существования, для того, чтобы стать другим, переживает трансформацию.

У. Матурана и Ф. Варела предложили понятие аутопоэзиса, означающее самопостроение, самовоспроизводство, репликацию живых существ, в том числе человека, которые отличаются тем, что их организация порождает в качестве продукта их самих без разделения на производителя и продукт. Понятие аутопоэзиса выступает одним из критериев, позволяющих отделить живые существа от неживых.

Согласно теории У. Матураны и Ф. Варелы, живые существа отличаются «аутопоэзной организацией», то есть способностью к самовоспроизводству – порождению, «строительству» самих себя, создавая собственные компоненты [27, P.21]. Так, клетка производит компоненты своей мембраны, без которой она не могла бы ни существовать, ни производить эти компоненты. Исследователь искусственного интеллекта Бен Герель считает мсли и другие ментальные сущности аутопоезными, т. е. самогенерирующимися системами [20]. Роберт Хейнс (Robert Haynes) использует понятие «экопоэзис» для обозначения процесса искусственного создания устойчивой экосистемы на безжизненной планете.

В последние годы философское понятие поэзиса было использовано для разработки некоторых инновационных концепций творческой деятельности, в том числе используемых в сфере экспрессивной терапии. Одним из примеров может быть концепция поэзиса как творческой функции личности и сообщества С. Левина [24, 25]. Как пишет С. Левин [24]: «Если рассматривать поэзис в рамках экспрессивных искусств, то мы могли бы признать, что поэзис подразумевает способность реагировать на мир, в котором мы живем. Мы страдаем как индивидуально, так и коллективно, когда оказываемся неспособными творчески реагировать на реальность, когда наша способность к творческим действиям ограничена…Мы создали этот мир в том виде, как он сейчас существует, вместе. Это также означает, что мы можем вместе сделать его другим. Возможности экспрессивных искусств в интересах социальных изменений заключаются в том, чтобы помочь людям обрести способность вместе создавать среду обитания. Только так мы сможем оставить будущим поколениям мир, который они найдут достойным для себя и поддерживающим их способность к творчеству» (Р. 27-29).

Переосмысление понятия поэзиса на основе экогуманитарного подхода позволяет сформулировать концепцию экопоэзиса как описывающую взаимодействие разных живых систем, обеспечивающее биологическое и культурное порождение. Экопоэзис – это свойство и механизм ко-эволюции человека и природы, осознанное и ответственное сотворчество человека с миром природы, основанное на его витальной (физической), эмоциональной и духовной связи с ней. Посредством экопоэзиса человек вместе с природой и как ее часть продолжает, познает и созидает не только себя и свои смыслы, но и разные формы и смыслы земной жизни.

Творческие действия, воспринимаемые с точки зрения экопоэзиса, мотивированы не столько потребностью личности в индивидуальном творческом самовыражении, сколько потребностью в поддержке природы и земной жизни, обретении целостного бытия в мире, основанного на балансе природного и культурного опыта, связи с трансперсональным центром субъектности [18].

Экопоэзис не может быть достигнут без любви к земле и к существам, которые ее населяют, включая человечество. Наряду с экологическим сознанием любовная забота о земле является предпосылкой творчества в широком смысле этого слова. Концепция экопоэзиса приобретает особое значение в связи с возросшей необходимостью человека участвовать в значимых экологических действиях, в искусстве биофилии [22, 23] как формы средовой творческой активности вместе с другими живыми существами, участниками более широкого «сообщества субъектов». Экопоэзис как творческая экологическая функция и одно из проявлений экологической идентичности выражается в заботе об окружающей среде.


 

Прикладная гуманистика и экогуманистика. Экогуманитарные технологии

В новой и новейшей истории конструктивная составляющая в методологии естественных и общественных наук неуклонно возрастала, в то время как в большинстве гуманитарных наук она не была слабо востребована. Как признается М.Н. Эпштейн [13], «величайший парадокс гуманитарных наук состоит том, что, исследуя творческий потенциал культуры, они в наименьшей степени реализуют этот потенциал в своей собственной деятельности. Описание и объяснение фактов доминирует над конструктивным самопознанием человека и задачами его духовного обновления» (С. 13).

В то же время гуманистика может выступать ареной не только для познания, но и для творчества. Применительно к экогуманистике это значит не просто постигать, изучать природу как зеркало и часть человеческого, используя методы научного познания и искусство, но и создавать нечто новое в процессе такого постижения, изучения, диалога, заниматься умножением мыслимых экочеловеческих объектов путем создания их вариаций, соперничающих моделей – поддерживать и создавать биологическое и культурное многообразие.

Гуманитарное творчество начинается с понимания. Это в полной мере относится к экогуманистике. Понимание и признание человека как субъекта экосистемной целостности необходимо для разработки и использования новых экогуманитарных технологий – технологий создания и развития экочеловечества как новой согласованной реальности природы и человечества и их ко-эволюции.

Экогуманитарный подход, экогуманистика могут явиться основой для создания новых гуманитарных технологий в широком спектре научных дисциплин и социокультурной практики – в педагогике, образовании, просвещении, психологии, психотерапии, медицине, искусстве. Конструктивная составляющая экогуманистики позволяет решать следующие задачи:

- определять новые проблемные сферы и осваивать новые территории познания, научного и художественного творчества, реализовать преобразующий потенциал гуманитарных наук (философии, антропологии, культурологии, лингвистики, психологии, педагогики) в их единстве с экологией;

– формировать и развивать комплекс новых гуманитарных дисциплин – экопсихологию, экопедагогику, экофилософию, эколингвистику и т. д.;

– поддерживать конструктивное взаимодействие экогуманитарного и научно-технического сознания;

– осваивать новые методы и жанры экогуманитарного творчества.

У экогуманистики может быть особая практическая ветвь, свои способы воздействия на культурную жизнь. Это практическая ветвь, надстройка экогуманистики в лице ее экогуманитарных технологий – методов преобразования изучаемых явлений, прежде всего человека с его отношением к среде обитания, себе самому и своей экологической сущности.

Одна из практических ветвей экогуманистики может произрастать в области экологической педагогики, экологического образования и экологического просвещения, формируя новое экогуманитарное сознание и самосознание. Другая ее практическая ветвь может произрастать в сфере психологии (экопсихологии, психологии экологического сознания), проникая отсюда в разные эмпирические области – психологическое консультирование, психотерапию, практику личностного роста, работу с семьями и сообществами, коучинг, организационную психологию и психологию труда, и далее – в психологию общин, гендерную и возрастную психологию и психологию развития, клиническую психологию и психоневрологию.

Конструктивные инициативы экогуманистики могут быть обращены в первую очередь к проблеме разработки методов формирования экологического сознания на разных возрастных этапах развития человека и в разных средовых условиях. Эти методы и технологии в ближайшие десятилетия могут выступить одним из факторов устойчивого (ко-эволюционного) развития человека и природы. Экогуманитарные технологии также могут получить активное развитие в медицине, способствуя профилактике и лечению соматической и психосоматической патологии, психических расстройств и нарушений развития.

 


 Заключение

Экологический кризис протекает на фоне деградирующей гуманистики. Путем преодоления кризиса гуманитарного знания и в то же время предотвращения экологической катастрофы может явиться реформация всей гуманитарной парадигмы и переосмысление ее предмета и цели. Современное гуманитарное знание нуждается в обновленной концепции человека, возвращении ему его природной сущности и в создании эффективно работающей практической надстройки над теоретическим знанием в виде новых гуманитарных технологий, изобретательской деятельности во всем комплексе гуманитарных дисциплин – философии, педагогике, психологии, искусствознании, культурологии, филологии, лингвистике и т. д.

Осмысление текущей ситуации в сфере экологии и гуманитарного знания позволяет признать: экология нуждается в гуманистике в такой же мере, как современная гуманистика нуждается в экологии, экологическом мышлении. В статье были обозначены контуры и основное содержание новой междисциплинарной области – экогуманистики, объединяющей в себе экологию и совокупность гуманитарных дисциплин. В качестве основного предмета экогуманистики выступает сущность человека в процессе его самопознания и в системе его отношений с окружающей средой, порождающих целостное образование «человек – жизненная среда».

В статье дана характеристика экогуманитарного подхода как такого подхода к познанию человека, когда он рассматривается как разумная и осознающая себя часть единого предмета исследования «Природа – Человек», в котором и «природа», и «человек» составляют две подсистемы единого субъекта – экочеловечества.

В качестве одного из ключевых феноменов экогуманистики, характеризующего единого субъекта – экочеловечество, выступает любовь. Категория любви при этом была рассмотрена с позиций философской концепции поэзиса. В результате осмысления концепции поэзиса в контексте экогуманистики было сформулировано понятие экопоэзиса как взаимодействия, взаимопроникновения разных живых систем, их соединения друг с другом, обеспечивающего биологическое и культурное порождение, ко-эволюцию человека и природы.

В качестве конструктивной составляющей экогуманистики были обозначены экогуманитарные технологии – методы преобразования человека с его отношением к среде обитания, себе самому и своей экологической сущности. Экогуманитарные технологии могут быть использованы в сфере педагогики, практической психологии, медицине, в широком культурном домене, формируя экологическое сознание и ценности, способствуя решению задач сохранения и развития человеческих и природных ресурсов планеты.


 Литература

  1. Бахтин М. М. К философским основам гуманитарных наук / Собрание сочинений в 7-ми томах. Т. 5. – М.: Русские словари, 1997. 

  2. Ван Гог В. Письма к брату Тео. – М.: Азбука-Классика, 2008.

  3. Вернадский В.И. Научная мысль как планетное явление. – М.: Неправительственный экологический фонд им. В.И. Вернадского, 1997.

  4. Дерябо С.Д. Экологическая психология: диагностика экологического сознания. – М.: Московский психолого-социальный институт, 1999.

  5. Дерябо С.Д., Ясвин В.А. Экологическая педагогика и психология. – Ростов н/Д: Феникс, 1996.

  6. Панов В.И. Экологическая психология: опыт построения методологии. – М.: Наука, 2004. – 196 с.

  7. Платон. Пир. http://www.lib.ru/POEEAST/PLATO/pir.txt).

  8. Сурина Т.В. Поэзис как архетип культуры // Вестник Томского государственного университета. – 2008. – Том 31, №6. – С. 67-70.

  9. Цветаева М.И. Искусство при свете совести. Источник: http://tsvetaeva.lit-info.ru/tsvetaeva/proza/iskusstvo-pri-svete-sovesti.htm).

  10. Экопсихологические исследования – 2: к 15-летию лаборатории экопсихологии развития: моногр. Сб. (под ред. В.И. Панова). – М.: УРАО «Психологический институт»; СПб.: Нестор-История, 2011.

  11. Экопсихология развития психики человека на разных этапах онтогенеза: коллективная монография (под общ. ред. В.И. Панова, Ш.Р. Хисамбеева). – М.: ФГНУ «Психологический институт» РАО. – СПб.: Нестор-История, 2013. – 384 с.

  12. Эпштейн М.Н. От знания – к творчеству. Как гуманитарные науки могут изменять мир. – М.-СПб.: Центр гуманитарных исследований, 2016. – 480 с.

  13. Ясвин В.А. Психология отношения к природе. – М.: Смысл, 2000.

  14. Carmody T. Without Jobs as CEO, Who speaks for the Arts at Apple? // Wired. – Aug. 29. – 2011.

  15. Chase L. Mark Zuckerberg speaks at BYU // Desert News. – March 25. – 2011.

  16. Danilov-Danil'yan V.I., Losev K.S., Reyf I.E. Sustainable Development and the Limitation of Growth: Future Prospects for World Civilization. – Berlin: Springer Science & Business Media, 2009.

  17. Davis J.V. Ecopsychology, transpersonal psychology, and non-duality. // International Journal of Transpersonal Studies. – 2011. – Vol. 20, №11. – 137-147.

  18. Dreyfus H. and Kelly S.D. All things shining. – New York: Simon & Schuster, 2011.

  19. Goertzel B. From complexity to creativity. Computational models of evolutionary, autopoietic and cognitive dynamics. — New York, Plenum Press, 1996.

  20. Kellert S. R. Introduction. In S.R. Kellert & E.O. Wilson (Eds.), The Biophilia hypothesis. –Washington, DC: Shearwater Books/Island Press, 1993. — Р. 18-25.

  21. Kopytin A. Green studio: Eco-Perspective on the therapeutic setting in art therapy. In A. Kopytin and M. Rugh (Eds.), Green studio: Nature and the arts in therapy. New York: Nova Science Publishers, 2016. – P.3-26

  22. Kopytin A. Environmental and ecological expressive therapies: The emerging conceptual framework for practice. In A. Kopytin and M. Rugh (Eds.), Environmental expressive therapies: Nature-assisted theory and practice. – New York: Routledge/Francis & Taylor, 2017. – P. 23-47.

  23. Levine S.K. Poiesis: The language of psychology and the speech of the soul. – Toronto: Palmerston Press/Jessica Kingsley, 1992.

  24. Levine S.K. Art opens to the world: Expressive arts and social action. In E.G. Levine and S.K. Levine (Eds.), Art in action. Expressive arts therapy and social change. – London and Philadelphia: Jessica Kingsley, 2011. – Р. 21-30.

  25. Macy J., & Gahbler N. Pass it on: Five stories that can change the world. – Berkeley, CA: Parallax Press, 2010.

  26. Maturana H. Autopoiesis: A theory of living organization. – New York: North Holland, 1981.

  27. Wilson E.O. Biophilia. – Cambridge: Harvard University Press, 1984. – 176 p.

 

Ссылка для цитирования

Копытин А.И. Экогуманистика как путь согласования бытия природы и человека // Экопоэзис: экогуманитарные теория и практика. – 2020. – T. 1, № 1. [Электронный ресурс]. – URL: http://ecopoiesis.ru (дата обращения: чч.мм.гггг).

Все элементы описания необходимы и соответствуют ГОСТ Р 7.0.5-2008 "Библиографическая ссылка" (введен в действие 01.01.2009). Дата обращения [в формате число-месяц-год = чч.мм.гггг] – дата, когда вы обращались к документу и он был доступен.

Kopytin A.I. The eco-humanities as a way of coordinating the natural and human being // Ecopoiesis: Eco-Human Theory and Practice. – 2020. – Vol.1, №1. – URL: http://ecopoiesis.ru

 

 



О журнале

«Экопоэзис: экогуманитарные теория и практика» - первый международный междисциплинарный журнал, ориентированный на создание экогуманитарной парадигмы – парадигмы выживания человечества в XXI веке, распространение экогуманитарных знаний и технологий на основе альянса экологии, гуманитарных наук и искусства. Наш журнал – это живой форум теорий и практики, обеспечивающих согласование потребностей человека и планетарной жизни в интересах устойчивого развития, порождение Экочеловечества как новой общности человека и мира природы.

Журнал предполагает диалог и сотрудничество экологов, философов, медиков, педагогов, психологов, художников, писателей, музыкантов, дизайнеров, социальных активистов, представителей деловых кругов во имя экогуманитарных ценностей, здоровья и благополучия человека в тесной связи с заботой об окружающей среде. Журнал поддерживает разработку и внедрение новых экогуманитарных концепций, технологий и практик в различных областях здравоохранения и общественной жизни, образования и социальной работы.

Одной из приоритетных задач журнала является научное обоснование и пропаганда роли искусства в альянсе с экологией и гуманитарными науками для восстановления и развития конструктивных отношений с природой, формирования экологического сознания и пропаганды природосообразного образа жизни.

Журнал публикует статьи, описывающие новые концепции и практики, технологии и данные прикладных исследований на стыке гуманитарных наук, экологии и искусства, интервью и отчеты о конференциях, относящиеся к экогуманитарной области; представляет художественные работы, музыку и иную творческую продукцию, связанную с экогуманитарными практиками и новой глобальной общностью – Экочеловечеством.